Правительство РФ приняло решение затянуть «санкции» против собственного экспорта, чтобы не допустить топливного голода внутри страны. Согласно новому постановлению от 30 июля, запрет на вывоз бензина продлен до конца января 2027 года. Что касается дизельного топлива, судового топлива и газойля, то здесь эмбарго будет действовать до 1 сентября 2026 года.
Логика властей понятна: внутренний рынок всё еще лихорадит. Несмотря на то, что в целом производство дизеля в России обладает огромным потенциалом — при потребности в 46 млн тонн в год страна способна выпускать около 85 млн тонн, — текущая ситуация диктует свои правила. В Минэнерго подчеркивают: сейчас приоритет — это гарантия поставок для своих, особенно в разгар сельскохозяйственного сезона.
Стратегия перестраховки
Если запрет на экспорт бензина не стал для рынка сюрпризом, то сохранение ограничений на дизель эксперты называют попыткой «подстелить соломку». По мнению Алексея Белогорьева из Института энергетики и финансов, дефицит бензина на рынке вполне реален, и правительство, продлив эмбарго сразу на полгода, демонстрирует неуверенность в том, что производство удастся стабилизировать уже к концу текущего года.
Ситуация с дизелем более неоднозначна. С одной стороны, эксперты полагают, что ограничения могут быть сняты досрочно. Если производство дизтоплива обгонит внутренний спрос (что вполне вероятно после завершения ремонтных работ на НПК), хранилища начнут стремительно переполняться. В таком случае у властей останется два пути: либо срочно открывать экспорт, либо принудительно снижать объемы переработки нефти, что в условиях нехватки бензина — шаг крайне рискованный.
Мария Стаброва из «АТК Консалтинг» видит в этом решении временную меру, которая поможет пополнить запасы, но предупреждает о рисках для загрузки заводов. Эту же тревогу разделяет и Андрей Дредунов: избыток дизеля может вынудить НПЗ сокращать переработку нефти в целом, что ударит по выпуску бензина.
Локальные победы и общая нестабильность
Полноценной стабилизации по всей стране пока не наблюдается. То, что в некоторых регионах ситуация выглядит лучше, — скорее результат грамотного перераспределения ресурсов и исправления логистических ошибок, а не признак выздоровления рынка.
Заметные улучшения коснулись Москвы, Санкт-Петербурга, а также Урала и Сибири. Сергей Терешкин, гендиректор Open Oil Market, отмечает, что поставки в столицу стали более диверсифицированными: если раньше бензин в Москву везли с нескольких крупных заводов, то теперь пул поставщиков значительно расширился.
Однако цены на АЗС продолжают демонстрировать восходящий тренд. По свежим данным Росстата, за неделю с 21 по 27 июля 2026 года литр АИ-92 вырос в среднем до 73,85 рубля, а Аму АИ-95 подорожал до 79,94 рубля. Дизельное топливо, к слову, показало небольшое снижение — до 93,54 рубля. География цен крайне неоднородна: в Новосибирской и Мордовской областях зафиксирован резкий скачок цен (более 10%), в то время как в Марий Эл наблюдается заметное удешевление.
Кризис независимых игроков
Самая болезненная зона — это регионы с высокой долей независимых АЗС. Юг России, Северный Кавказ, Алтайский край, Свердловская и Челябинская области — именно здесь частные заправщики находятся на грани выживания.
Российский топливный союз (РТС) уже бьет тревогу: частные операторы остаются без топлива. Проблема в том, что крупные нефтяные вертикально интегрированные компании (ВИНК) в первую очередь обеспечивают свои собственные сети и выполняют государственные заказы (например, для аграриев). В итоге независимые нефтебазы либо не могут купить бензин, либо вынуждены переплачивать.
Ситуацию усугубило и снижение норматива обязательных продаж на Петербургской бирже с 15% до 10%. Для мелких игроков, которые не могут закупать топливо огромными цистернами по 60 тонн, этот канал стал практически недоступен. Рынок переходит в «ручной режим» управления, где ключевую роль играет государство, а биржевые котировки перестают быть точным индикатором реального положения дел.
Статистика подтверждает масштаб изменений: в июле 2026 года объем торгов на Петербургской бирже составил 2,171 млн тонн, что значительно меньше показателей июля прошлого года (3,37 млн тонн).
Что нас ждет в ближайшем будущем?
Будущее рынка сейчас напрямую зависит от способности НПЗ восстановить объемы переработки. Алексей Белогорьев прямо заявляет: корень проблем — в ударах БПЛА по нефтеперерабатывающей инфраструктуре. Пока эта проблема не решена, любые административные меры будут лишь временным обезболивающим. Дефицит может затянуться и на осень, и на зиму.
Более оптимистичный сценарий рисует Мария Стаброва: она ожидает постепенную стабилизацию за счет снижения сезонного спроса на бензин, хотя нагрузка на дизельное топливо в период уборки урожая останется высокой. Возможным подспорьем может стать и импорт, в том числе через переработку российской нефти в Казахстане.
Андрей Дредунов же призывает к осторожности в использовании ограничений, считая их спорными в условиях санкционного давления. Единственный выход, по мнению экспертов, — это выработка работающего механизма взаимодействия между государством и нефтяниками, который позволит защитить рынок, не разрушив при этом систему независимой розничной торговли.
Опубликовано: 1 августа 2026, 04:32 | Время чтения: 3 мин | Теги: правительство, экспорт, топливо, запрет, рынок
