В дипломатических кулуарах всё чаще звучат вопросы о скрытых каналах коммуникации между Кремлем и западными столицами. Однако официальная Москва дает понять: использовать Астану в качестве «почтового ящика» для передачи важных посланий Западу у России нет никакой нужды. Об этом прямо заявил заместитель министра иностранных дел РФ Михаил Галузин, выступая на III Российско-казахстанском медиафоруме.
По словам Галузина, российская сторона предпочитает выстраивать диалог напрямую с теми игроками, которые реально способны повлиять на решения киевского режима. Дипломат не стал скрывать, что эффективность такой стратегии под вопросом: он признал, что не может гарантировать, насколько успешно эти силы воспринимают российские аргументы, но подчеркнул, что работа в этом направлении не прекращается.
Эта дискуссия стала продолжением недавнего резонансного заявления президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева. Напомним, что в конце июля, во время встречи с Владимиром Путиным в Омске, казахстанский лидер признался, что регулярно получает «множество сигналов» из США и Европы относительно ситуации в Украине. При этом Токаев четко обозначил свою позицию: он категорически не желает брать на себя роль посредника в конфликте. Его аргументация была предельно решительной — он подчеркнул величие России и русского народа, заявив, что Москва способна самостоятельно разрешить все стоящие перед ней задачи. Вместо посредничества Токаев предложил альтернативный путь — заморозку боевых действий и возврат к «стамбульской формуле 2.0», которая в свое время показала значимые результаты.
Однако Кремль смотрит на подобные инициативы с определенной долей скепсиса. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков отметил, что в текущих условиях, учитывая позицию Киева, формат «заморозки» в его классическом понимании практически неосуществим. Песков также добавил, что при принятии Украиной определенных решений конфликт мог бы завершиться «до конца суток». Что касается отношений с соседями, то в Кремле признают последовательность позиции Токаева по украинскому вопросу, однако подчеркивают, что это не означает автоматического согласия России с его взглядами.
