Энергетическая карта Европы стремительно меняется, и в центре этого процесса оказалась Турция. В последнее время европейские столицы всё чаще обращаются к Анкаре с запросами на поставку природного газа. Однако у этих запросов есть четкое политическое условие: топливо не должно иметь российских корней. Об этом нюансах текущей геополитической ситуации сообщил министр энергетики Турции Алпарслан Байрактар в своем недавнем интервью телеканалу AHaber.
По словам главы ведомства, европейские партнеры выражают явное желание диверсифицировать свои поставки, ищут альтернативу российскому ресурсу. Одним из ключевых требований Брюсселя является возможность экспорта газа, добываемого на турецком месторождении Сакарья. Но здесь возникает серьезная техническая дилемма.
Байрактар пояснил, что главная сложность заключается в невозможности провести четкую границу внутри магистральных трубопроводов. Когда разные потоки газа смешивалось, определить их первоначальное происхождение становится крайне затруднительно. Тем не менее, как только газ становится объектом коммерческих сделок, юридические обязательства вступают в силу. В таких случаях Турция обязана предоставлять документальное подтверждение того, из какой именно страны был взят ресурс.
Однако амбиции Анкары как крупного экспортера наталкиваются на суровую реальность внутренних потребностей. Министр подчеркнул, что, несмотря на высокий интерес Европы к турецким месторождениям, собственные нужды страны остаются крайне высокими. Это создает серьезный дефицит экспортного потенциала: большая часть добываемого газа уходит на внутренний рынок, что существенно ограничивает возможности для полноценного снабжения европейских соседей.
Несмотря на все сложности, Турция продолжает делать ставку на свои стратегические активы. Байрактар отметил, что проекты «Турецкий поток» и «Голубой поток» стали для страны настоящим гарантом энергетической стабильности. Даже в периоды глобальной нестабильности — будь то пандемия коронавируса, обострение украинского конфликта или кризис в Ормузском проливе — энергобезопасность Анкары оставалась под защитой этих магистралей.
Напомним, что «Турецкий поток», проложенный по дну Черного моря с 2017 по 2019 год, начал работу 8 января 2020 года. Этот проект не только снабжает Турцию, но и служит важным каналом для поставок в страны Юго-Восточной Европы. Его «старший брат», «Голубой поток», был введен в эксплуатацию в 2003 году и предназначен для прямой транспортировки российского газа в обход транзитных государств.
Хотя «Турецкий поток» официально не находится под прямыми санкциями, он регулярно сталкивается с косвенным давлением. В 2022 году оператор проекта столкнулся с серьезным вызовом: власти Нидерландов временно отозвали экспортные лицензии из-за санкционной политики ЕС. Москва, в свою очередь, считает подобные меры незаконными.
Ситуация осложняется и угрозами физической безопасности инфраструктуры. Россия неоднократно заявляла о попытках атак на газопроводы «Турецкий» и «Голубой» потоки, и Кремль решительно осуждает подобные действия. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков недавно прокомментировал атаку украинских беспилотников на компрессорную станцию «Краснодарская», которая является важным звеном в цепочке поставок по «Голубому потоку».
По словам Пескова, Россия предпринимает максимально возможные меры, чтобы защитить мировую энергосистему от подобных террористических угроз.
