Армения намерена радикально пересмотреть свою энергетическую стратегию, стремясь уйти от монозависимости. Премьер-министр страны Никол Пашинян подтвердил, что поиск альтернативных каналов поставок природного газа является важнейшей задачей государства. Этот вопрос стал ключевым в контексте обсуждения возможных перспектив выхода республики из ЕАЭС.
Текущая ситуация с ценообразованием внутри страны крайне непростая. По словам главы правительства, стоимость ресурса для конечного потребителя в Армении демонстрирует наиболее резкий рост по сравнению с соседними государствами на всем пути от границы до жилых домов. Пашинян также прямо указал на коммерческую сторону вопроса, подчеркнув, что «Газпром Армения» извлекает значительную прибыль из текущей модели поставок. На данный момент российская дочерняя компания полностью контролирует газотранспортную сеть и остается единственным полноценным поставщиком топлива в республику.
Иран уже давно участвует в энергетическом балансе Армении, однако его роль ограничена специфическим механизмом. С 2009 года между странами действует соглашение, рассчитанное до 2030 года, которое базируется на бартерном обмене: газ идет в обмен на электричество. Технически процесс выглядит так: армянские электростанции перерабатывают иранский газ, производят от 4 до 4,5 кВт·ч энергии из каждого кубометра и отправляют излишки обратно в Иран по цене 3 кВт·ч за единицу объема газа.
Статистические данные за 2025 год наглядно демонстрируют текущий дисбаланс: львиная доля поставок — 82,4%, что составляет 2 229 697,4 кубометра — приходится на Россию. Остальная часть объема покрывается за счет иранских поставок.
Однако правительство не планирует останавливаться на достигнутом. Пашинян подчеркнул, что диверсификация станет обязательным вектором развития для всех ключевых отраслей. Логика властей предельно проста: если возникнет шанс привлечь второго, третьего или даже четвертого поставщика, Армения не упустит этот шанс. Премьер-министр также упомянул потенциальную выгоду от участия в проекте TRIPP. Реализация строительства газопровода через территорию Армении могла бы превратить страну в транзитный узел, принося государству дополнительные доходы в виде транзитных сборов.
