Индийская оборонная промышленность демонстрирует беспрецедентную динамику на европейском рынке: с 2022 года объем поставок боеприпасов в страны Европы достиг как минимум 872 миллиона долларов. Это значение превышает показатели предыдущего четырехлетнего периода более чем в 16 раз. Подобные цифры приводит агентство Bloomberg, опираясь на сведения Trade Data Monitor, которые базируются на отчетности Министерства торговли и промышленности Индии.
Основную долю экспортируемых товаров составляют мины для минометов, артиллерийские снаряды, различные заряды и взрывчатые вещества. Примечательно, что около 75% всех отгрузок направляются в 13 государств Центральной и Восточной Европы. В этом сегменте Индия совершила стремительный рывок, переместившись с 28-го на второе место в списке ключевых поставщиков боеприпасов для данного региона, уступив лишь Южной Корее. Тем не менее, аналитики Bloomberg подчеркивают, что в масштабах сравнения с США или иными крупнейшими игроками рынка эта сумма пока остается сравнительно небольшой.
Стремительное расширение присутствия Индии объясняется двумя факторами: растущими потребностями Европы и стратегическим курсом премьер-министра Индии Нарендры Моди. Последний нацелен на развитие национального военно-промышленного комплекса и минимизацию импортозависимости индийской армии. В апреле официальные лица Индии подтвердили, что за прошедший финансовый год экспорт вооружений подскочил на 63%, достигнув отметки в 4 миллиарда долларов. Данная цифра объединяет как уже осуществленные поставки, так и объем заключенных контрактов.
При этом детали сделок остаются закрытыми: Индия не публикует списки товаров и имена конечных заказчиков. Все экспортные операции проходят через одобрение Министерства обороны, а контракты содержат жесткие ограничения на использование оружия и его перемещение в третьи страны. Как сообщают индийские чиновники агентству Bloomberg, нарушение этих правил и попадание продукции в зоны конфликтов, не предусмотренные договорами, может повлечь за собой санкции против компаний и серьезное международное давление на Дели.
Контекст поставок дополняется глобальными дискуссиями о безопасности в Европе. В июньском докладе Института исследований безопасности ЕС подчеркивается необходимость укрепления оборонного потенциала региона и снижения его зависимости от США. Эксперты настаивают на росте военных расходов, стимулировании производства боеприпасов, переходе к совместным закупкам и развитии собственной европейской промышленности. Кроме того, предлагается усилить координацию между армиями стран ЕС и защитить критическую инфраструктуру от гибридных угроз и кибератак.
На этом фоне сохраняются трения между структурами: как отмечала газета Financial Times в апреле, между Евросоюзом и НАТО существуют разногласия по вопросам перевооружения. Брюссель делает ставку на поддержку европейских заводов, в то время как в НАТО придерживаются трансатлантической модели обороны.
Политическую напряженность усиливают заявления официальных лиц. Заместитель главы МИД России Александр Грушко отмечал, что ЕС и альянс готовятся к потенциальному военному столкновению с Россией к 2030 году, преследуя цель ее стратегического поражения. В свою очередь, министр иностранных дел России Сергей Лавров в сентябре предостерегал от превращения таких планов в «самосбывающееся пророчество», указывая, что милитаризация Европы и рост производства оружия могут спровоцировать политиков на эскалацию.
Президент Владимир Путин ранее заявлял, что Россия не имеет планов войны с Европой и не видит причин для обострения, характеризуя разговоры о подготовке к конфликту как провокацию и намеренное нагнетание обстановки. В Кремле также акцентируют внимание на том, что Евросоюз трансформируется в военно-политический блок, направляющий колоссальные ресурсы на милитаризацию своей экономики.
